Черный стриж (Apus apus)
Ежегодно, пролетая многие тысячи километров, возвращаются стрижи со своих зимних квартир в Африке в родные места, где родились и выросли. Мы можем только предполагать, какие трудности приходится им преодолевать и какие опасности подстерегают по дороге, что влечет их в дальний путь. Инстинкт продолжения рода, могучее, неодолимое стремление дать жизнь потомству...
В Москву стрижи прилетают в конце мая с наступлением теплых, погожих дней, когда другие пернатые давно построили гнезда, отложили яйца или выкармливают птенцов.
Жизнь черных стрижей почти не видна, хотя они рядом, над нашими головами. Что мы знаем о них? Стрижи не распевают песен, сидя на деревьях у своих гнезд, полет их стремителен, но они рядом, над нашими головами. Кажется, им некогда опуститься на землю, чтобы беспечно попрыгать, как воришки-воробьи, или обсудить в беззаботном чириканье маленькие житейские проблемы. Им просто не до того. Они вечно спешат, им нужно успеть за три месяца вырастить новое поколение. Вырастить - значит выкормить. Да так, чтобы к вылету из гнезда в августе взрослый птенец, который к тому времени будет отличаться от родителей лишь беловато-серой полосочкой по краям крыльев, набрал запас жира. Эти запасы будут очень нужны слетку. В отличие от певчих птиц у стрижей нет программы обучения птенцов добывать пищу. Они становятся самостоятельными, едва покинут стены родительского дома.
Стрижи добывают пищу только в полете, широко открыв рот, да и пьют так же, низко опускаясь над гладью воды. Летая со скоростью более ста километров в час и пролетая в день с раннего утра и до темноты сотни километров, эти удивительные наши соседи совсем незаметны. Мы видим только их темные силуэты на фоне светлого неба да слышим резкие, характерные только для них крики. Что же происходит под крышами их домов? Давайте попробуем приблизиться.
Место, куда самка откладывает два-три белых яичка, почти незаметное углубление, края которого закреплены обрывками тряпок, ниток, волос и перьев, склеенных слюной. Но стрижей такое укрытие вполне устраивает. Найти и подобраться же к нему в темноте чердака очень сложно. Часто, обследуя один и тот же чердак изо дня в день, находишь гнездо там, где еще несколько часов назад его не было. Приметным оно становится только с появлением яиц и одного, а то и обоих родителей, которые сидят неподвижно и явно не желают подниматься со своего места. Скрытность и осторожность при строительстве гнезд - залог безопасности для будущего потомства. Мне приходилось снимать гнездовую жизнь черных стрижей не один сезон, в разную погоду, в течение долгих часов и дней, зачастую в сложных условиях, но всегда это было интересно и познавательно.
Мой съемочный день начинался часто до рассвета, но почти всегда взрослых птиц уже не было у гнезда. Утром на чердаке прохладно, даже холодно, стрижата лежат тихо, без движения. Проходит около часа, прежде чем один из родителей - отец (я узнаю его, он чуть крупнее) - появляется в щели под крышей. Он еще только показался, а малыши уже живо реагируют: отталкивают друг друга, тянутся в его сторону. Стриж, переваливаясь по-утиному на лапках и помогая себе сложенными крыльями, подбирается к ним. Клювы малышей широко открыты, и голова отца почти наполовину проваливается в рот ближайшего птенца. Только одному удается воспользоваться добычей, а я в это время делаю снимок.
Стриж-отец немного испуган, но не настолько, чтобы сразу же удрать. Он внимательно смотрит в мою сторону своими карими глазами-бусинками. Проходит еще некоторое время, и только тогда, добравшись до щели, он покидает чердак, улетая за очередной порцией пищи. Потом появляется мама. Рабочий день стрижиной семьи начался. Утро набирает полную силу. Солнце поднимается все выше, и мне под крышей становится жарко. В пыльной темноте чердака почти нечем дышать. Сижу тихо. Жду очередного прилета птиц.
Съемка стрижей отличается от фотографирования лесных, певчих птиц. Пожалуй, самое сложное состоит в том, что, сделав один кадр и вспугнув птицу блицем, приходится долго ждать ее возвращения, порой три-пять часов. Столь длительные интервалы птенцы других видов не смогли бы выдержать, но стрижата - другое дело. Их маленький организм приспособлен и к более длительному голоданию. С наступлением похолодания или во время затяжных дождей пропадают насекомые - пища стрижей. Наступает голод. Родители либо оставляют потомство и улетают на один, два и более дней за многие километры в поисках пищи, либо лежат у гнезда, согревая птенцов, которые впадают в кратковременную спячку.
У малышей понижается температура тела, она теперь только на два-три градуса выше окружающей среды. Тихо лежат они в гнезде, тесно прижавшись друг к другу. Такое состояние абсолютного голода может продлиться пять- десять дней. Организм малышей в это время живет за счет жировых отложений. Они много теряют в весе, но в один прекрасный день солнце пробивает толстый занавес хмурых туч и все оживает. Снова мы видим в небе озабоченных охотой стрижей-родителей. Малыши просыпаются и через некоторое врем с лихвой наверстывают упущенное.
Теперь уже июль, жизнь стрижиной семьи в самом разгаре. Птенцы подросли, совсем не похожи на тех беспомощных неумех, которыми были спустя несколько дней после появления на свет. Пройдет еще немного времени, и они станут взрослыми. Стрижата уже смелее выходят из гнезда, передвигаются вблизи него, переваливаясь с боку на бок на своих коротких ножках. Обычно из двух- трех вылупившихся птенцов один, а то и двое слабых погибают. Но и тех, которые вылетают из гнезд в последний летний месяц, ждут трудные испытания - перелет на зимовку.
Пусть же в дальнем путешествии будет меньше потерь, пусть им сопутствуют удача и счастливое возвращение к нам в будущем году.
В. Печенев, журнал "Юный натуралист" 1986 - 7