Балинез. Его история дает прекрасный повод обсудить некоторые генетические закономерности породообразования.

Появление первых длинношерстных сиамов в фелинологической литературе нередко описывают фразами типа: "неоднократное образование мутации в локусе 1 (длинной шерсти), возникшее в 50-е годы в США, в калифорнийских питомниках сиамских кошек". Но для того, чтобы одна и та же мутация неоднократно возникала заново в породе, поголовье этой породы должно исчисляться миллионами: ведь средняя частота мутаций составляет 10 -6 для одного локуса. Вряд ли даже американские питомники начала 50-х годов насчитывали такое количество животных.

Впрочем, генетикам известно, что направленный движущий отбор по каким-то признакам способен спровоцировать появление в популяции неспецифических (то есть не связанных с селективным признаком) мутаций. Правда, показана эта закономерность на плодовой мушке, а не на кошке, но не исключено, что окажется справедливой и для последней. Применительно к кошачьему питомнику можно сказать, что, ведя интенсивный отбор, допустим, на увеличение ушей, можно было бы через несколько поколений увидеть бесхвостых или длинношерстных котят (отнюдь не желанных). Такие неожиданные эффекты возникают потому, что всякий признак контролируется не одним геном, а целостной, находящейся в равновесии генной системой. И когда в результате движущего отбора возрастает выраженность признака, это означает, что изменяются дозы и активности всех генов системы. А такое изменение грозит дисбалансом в работе всего генома, нарушаются взаимосвязи генных комплексов и возникают "ошибки" генетического кода. Теоретически вспышка мутабильности такого рода возможна в каком-либо крупном питомнике, работающем с использованием тесного инбридинга и при интенсивном отборе, но у нас нет свидетельств того, что в 50-60-е годы, во-первых, питомники сиамских кошек, давшие начало балинезам, были именно такими, а во-вторых, в этих питомниках проявлялись какие-то мутации, кроме длинношерстности.

Генетикам, однако, известны и другие случаи спонтанного увеличения частоты мутаций - так называемые "мутационные взрывы". Иногда этим выражением характеризуют ситуацию, сложившуюся в фелинологическом мире в те самые 50-60-е годы. Действительно, они отмечены появлением нескольких мутаций, давших начало новым породам: корниш - и девон-рексы, балинезы и сомали, канадские сфинксы и шотландские фолды...  

Понятие мутационного взрыва разработано опять-таки применительно к излюбленному объекту генетиков, плодовой мушке дрозофиле, и неизвестно, можно ли его отнести к млекопитающим, "Взрывы" эти возникают, как правило, не в любых, а в строго определенных генах и связаны с деятельностью мобильных, то есть способных к перемещению между хромосомами, фрагментов ДНК. Эти последние, встраиваясь в области, прилегающие к какому-нибудь гену, и провоцируют изменения в нем. Причины мутационных взрывов (возникающих, кстати, сразу в нескольких удаленных друг от друга популяциях) до сих пор точно не изучены. Многие исследователи полагают, что такие вспышки мутабильности возникают вследствие вирусных заболеваний (вирусы, как и мобильные элементы ДНК, способны встраиваться в гены организма). Трудно сказать, была ли ситуация с породообразованием 50-х годов "мутационным взрывом" или только взрывом интереса к кошачьим мутациям. Нам неизвестно, была ли в 50-е годы отмечена массовая вспышка вирусного заболевания, охватившая, по крайней мере, два континента. Да и какой-либо закономерности в том, какие именно гены мутировали у кошек в те годы, вроде бы не наблюдается.

Вернемся, однако, к происхождению балинезов. Все-таки более вероятно, что своим появлением длинношерстные сиамы обязаны не повторному образованию мутации, а повторяющемуся выщеплению этого мутантного аллеля (вполне обычному у кошек других пород, да и у беспородных) в гомозиготную форму - 11. Это, естественно, предполагает скрытое носительство аллеля 1 сиамскими кошками того времени. Во многих источниках говорится, что американские сиамы, от которых были получены длинношерстные основатели новой породы, являлись "purebred" чистопородными. Вряд ли, однако, эта "чистота" породы означает, что в их роду не было иных кошек, кроме завезенных в конце прошлого века в Англию из Таиланда сил-пойнтов. Конечно, теоретически, полученный от азиатских предков ген длинной шерсти мог бы сохраняться в рецессивной форме в популяции сиамских кошек довольно долго. Но генографическая карта распределения аллеля 1 в естественных кошачьих популяциях показывает нулевые частоты этого аллеля (то есть полное его отсутствие) для всей Юго-Восточной Азии. Кажется более вероятным, что за полувековую историю сиамской породы в Европе и США к выходцам из Таиланда периодически и нецеленаправленно приливали кровь различных, в том числе и длинношерстных, кошек. Тем не менее, часть потомков от таких скрещиваний в последующих поколениях влилась в американские племенные популяции сиамов. Достоверно известно, что нечто подобное произошло с другой старейшей породой абиссинской. Последствия метизации, появившиеся у отдаленных потомков, дали начало двум новым эффектнейшим породам полудлинношерстной группы - балинезам и сомали.